Chretien de Troyes, Hainaut-Constantinople, Стихи

Направо пойдёшь — потеряешь коня,
Налево пойдёшь — потеряешь меня.
 
И нет вариантов совсем без потерь,
И что тебе, миленький, делать теперь —
 
Решай на местах, хорошо выбирай,
Решишь умирать — хорошо умирай,
 
Живи как живётся, да только любя,
А я ни за что не оставлю тебя.
 
А если оставлю — и то не навек.
Довольствуйся малым: что ты человек.
 
Порой и не хочешь — уносит волной.
И как ни тянись, ты уже не со мной.
 
Но это не страшно. Но страшно не это.
А страшно одно — не собой умереть.
На голую правду не бойся смотреть:
Она никогда не одета.
Стихи

Лазарь, говорю, Лазарь,
Ты же уже воскреснул
Что ж ты все плачешь и плачешь
Словно еще во гробе
 
Марта, говорит, Марта,
Трудно отвыкнуть от смерти
Бывало глаза откроешь
И видишь склепные своды
 
Потом проморгаешься малость —
И видишь, что есть взаправду:
Марсель, светозарное море,
И руки мои плотяные,
И кожа с меня не спадает.
И рядом и ты, и Мария.
 
Однажды так будет с каждым,
Однажды любой не проснется,
Чтоб после все же проснуться
И все увидеть инаким.
 
Но всё-таки, все-таки, Марта,
Какие мы есть на свете,
Не созданы мы для бессмертья.
Как выйду в другие ворота —
Вывернувшись из кожи —
Так плакать и перестану,
Пока же терпи, сестренка,
Пока не могу не плакать.
Chretien de Troyes, Стихи

Я чувствую время как воду,
Помноженную на пространство.
Оно сокращает свободу,
Однако даёт постоянство
 
Своим непрерывным течением,
Весь мир обращая в дорогу.
Дорога имеет значение,
Движение в сторону Бога.
 
Но всё-таки больно, пожалуй,
Когда по годам и невзгодам
Дрейфуют суденышки малые
Одно от другого по водам.
 
И дело в беде ли, обиде ли,
Во времени — кто его спросит…
Друг друга мы некогда видели,
А ныне теченьем разносит.
 
А может, и благо раздаться,
Размыкнуться, словно не чей-то.
Над смертью легко посмеяться,
Особенно над своей-то.
 
И больше простора в просторе
Поможет увидеть, озвучить,
Что это великое море
Держать рождено, а не мучить.
Hainaut-Constantinople, Стихи

Три непростые раны
Выдержать дай-то Боже
Не сообщайте любимой
Она может разволноваться
 
Ребёнок не смог родиться
Вышел до срока с кровью
Не сообщайте любимому
Ему и так там непросто
 
Похоже, нас обложили
Со всех сторон безнадёжно
Не сообщайте супруге
Она может с горя скинуть
 
Опять меня вырвало желчью
И сердце словно раздулось
Не сообщайте супругу
Он может перепугаться
 
Похоже, я умираю
На этот раз уже точно
Пускай никто не узнает
Сам расскажу в своё время.
Hainaut-Constantinople, Стихи

 
Ты не бойся, миленький, всё будет криво,
Но и интересно.
Прощены по факту, пока еще живы —
Это всем известно.
 
Ты давай спасайся, пока время терпит,
Ведь потом не будет.
Кто тебя припомнит — сочтешь после смерти,
Кто тебя забудет.
 
Ты давай спасайся как можешь, чем дали,
Без альтернативы.
Не успел спросить о Копье и Граале —
Хоть смолчал не лживо.
 
С верностью огромной, видать, не сложилось —
Так спасайся малой.
Где же, спросишь, милость? А знаешь ли, милость —
Всё вокруг, пожалуй.
 
Малая копейка, судьба-лиходейка,
Воскресенье тела…
Эта вот смертейка — бери, не робей-ка,
Ведь она за дело.
 
Жизнь была подарок, а вовсе не бремя,
Масличко в лампаду…
Прощены по факту, как кончится время,
А вернуться надо.
Honfroy de Toron, Стихи

С небес ли проистекая,
А то изнутри души,
Свобода, она такая:
Прихватит — хоть не дыши.

Свобода любить вот, скажем:
Накроет — только вперёд!
И волос любимой свяжет
Того, кто все цепи рвёт.

Свобода выбора тоже:
Вот выбрал, к примеру, честь —
И Бог уже не поможет,
Пропал, подбирай что есть.

Какое там чувство меры,
Когда волочит волна!
Молчу о свободе веры:
Ох, крепко берёт она.

Пытаться бежать не стоит,
Свободу не обмануть.
Она дорогого стоит —
Всего, и еще чуть-чуть.

Так просто б не жить, разбиться,
Но вслед по брегам пустым
Свобода любить тащИтся,
Как дикий зверь за святым.

И вот над могилой водной,
Как церковь на камне сём,
Стоит он вконец свободный,
Зане потерявший всё.

Веди его к тихим водам,
Прями колеи путей —
Свобода же ты, свобода,
Белейшая из смертей.

Hainaut-Constantinople, Стихи

Длинны дела Твои, Господи,
Медленно катит река.
Каждое семя отбросило
Тени и свет на века.
Длинны дела Твои, Господи,
Жизнь же быстра-коротка.
 
Тянет от Константинополя
Дымом сгоревших веков.
Злаки колышутся во поле,
Умерших — как колосков.
В этом незримом некрополе
Нету, считай, стариков.
*
Нас водила молодость
Куда сам не рад,
Нам давала молодость
Сапогом под зад,
Разлучала с милыми,
В злую даль гнала,
Подгоняла силою,
На слабо брала.
Уж такая молодость,
Времени под стать —
И жарой, и холодом,
Знала, чем прижать.
Замесила месиво —
Вынырнул не всяк…
— Все же было весело?
— Было ещё как.
*
Коротко любим мы, Господи,
Но умираем всерьёз.
Там колосочек пророс поди,
Где новый град не пророс.
Но ведь побыли любимыми,
И по-над древними дымами
Новому веку под стать
Грады плывут негасимые —
То, что могло с нами стать.
Hainaut-Constantinople, Honfroy de Toron, Стихи

Вот так родишься в мир земной —
А жизни в нем и нет.
В окно тюрьмы — в твой дом родной —
Заглядывает свет.
 
Он кротко высветит очаг,
Решётки перехлёст.
Спасайся тем, как по ночам
Текут дорожки звёзд.
 
Ты ныне дочь, потом жена,
Ты — ставка для пари.
Не для себя ты рождена,
Но где-то там внутри
 
Ты просто есть, и ты есть свой
Единственный приют.
Вот так родишься в мир живой —
А жизни не дают.
 
На свете всяко может быть —
Да кроме одного:
Никто по-честному любить
Не может никого.
 
Тут только красть — ну или спать
И жить себя во сне.
А счастья лучше и не знать,
Как знать случалось мне.
 
Ведь этот малый свет внутри
Проспать мешает до зари,
Всё плачет, как живой…
Ты спи-усни, моя Мари,
И Бога слишком не кори —
Он Сам был Сам не Свой.
Стихи

Пока все хотели кем-нибудь стать,
Ты просто хотел пожить.
Чтоб прекратили мереть, кричать,
Болеть и друг друга бить.
 
Да, передышку, ах вашу ж мать,
Убрать и клетку, и плеть,
Чтоб просто книги свои писать
И песни свои свистеть.
 
Ну что, проснулся? Смотри вокруг.
Тепло ли тебе, дружок?
Во чьем ты доме и кто твой друг —
Ещё разберешь в свой срок.
 
Минута младенчества: вещи спят,
Во сне безгорестно ждут ребят,
Вернувшихся из вчера.
Мир просто замер и ждёт тебя,
Как брошенная игра.
 
Не нужно ни брать — это сам ты взят,
Ни счёта вести крестам…
И вещи мира опять стоят,
Смотри, по своим местам.
 
И смотрит Бог по-над мира канвой,
Как ты всё ещё живой.
Стихи

Мы все любили безответно
Кого-нибудь и как-нибудь,
И с этой линии сюжетной
Вотще пытались соскользнуть,
 
Не быть помехами в эфире
Чужих судеб, сердец, голов:
Любви намного больше в мире,
Чем мир в себя вместить готов.
 
Но шла любовь, катила реку,
Переплавляясь в торжество:
Ты правда видел человека
Таким, как видит Бог его.
 
Так пей огонь легко и жадно,
Наперекор, наоборот —
Бессмысленный и беспощадный
Смысл и пощаду обретёт.
 
И время, и пространство лечат,
Но возвратишься, как домой:
Всего лишь облик человечий,
А сколько света, Бог ты мой.
 
В пересеченье дней и судеб,
Дорог, что силой тянут в Рим,
Мы где-то будем просто люди
И наконец поговорим.
 
Представь, мы просто люди оба.
И нет дороже ничего —
У нас с тобой любовь до гроба.
Пустого Гроба одного.